И теперь предлагаю обратиться за
материалом к самому одухотворенному профессору России (я старый солдат и не знаю
слов любви), доктору филологических наук – Светлане Михайловне Толстой. Вот что
она откопала (её термин) у хорватов.
"Шел человек по свету. Встречает
черта (врага). Черт просит человека дать ему то, чего он не знает. Тот говорит,
что он знает все, что есть у него дома. А черт ему: «Но я у тебя прошу не то,
что ты знаешь, а то, чего не знаешь». А человек ему говорит: «Ну ладно, бери то,
чего я не знаю». И пришел человек домой. И говорит жене, что встретил черта, тот
просил дать то, чего человек не знает в доме. И что дал ему. А жена плачет и
говорит мужу: «А знаешь ли ты, что я беременна?» И тогда он расплакался, потому
что не знал этого. Он не знал и говорит: «Горе мне, значит, я сам отдал ему свое
дитя». Пошли они исповедаться - и муж, и жена. И обещали Богу, что будут
благочестивы и покорны до рождения ребенка. А когда пришло время ребенку
родиться, явился черт, но явился и ангел. И ангел спрашивает: «Скажи мне, дитя,
что значит единый?»
А ребенок отвечает: «Единый - это
единый Бог». Снова ангел спрашивает: «Скажи мне, милое дитя, что такое два?»,
- «Две скрижали (стабла) славные
и святые. Единый Бог».
- «Скажи мне, дитя, что такое три?»
- «Три славных патриарха. Две
скрижали славные и святые. Единый Бог».
- «Скажи мне, дитя, что такое четыре?»
- «Четыре евангелиста: Иван,
Лука, Марк и Матфей. Три славных патриарха. Две скрижали славные и святые.
Единый Бог».
- «Скажи мне, дитя, что такое пять?»
- «Пять ран христовых. Четыре
евангелиста: Иван, Лука, Марк и Матфей. Три славных патриарха. Две скрижали
славные и святые. Единый Бог».
- «Скажи мне, дитя, что такое шесть?»
- «Шесть капель Иисуса. Пять ран
христовых. Четыре евангелиста: Иван, Лука, Марк и Матфей. Три славных патриарха.
Две скрижали славные и святые. Единый Бог».
- «Скажи мне, дитя, что такое семь?»
- «Семь радостей и скорбей
Богородицы. Шесть капель Иисуса. Пять ран христовых. Четыре евангелиста: Иван,
Лука, Марк и Матфей. Три славных патриарха. Две скрижали славные и святые.
Единый Бог».
- «Скажи мне, дитя, что такое восемь?»
- «Восемь вод из камня. Семь
радостей и скорбей Богородицы. Шесть капель Иисуса. Пять ран христовых. Четыре
евангелиста: Иван, Лука, Марк и Матфей. Три славных патриарха. Две скрижали
славные и святые. Единый Бог».
- «Скажи мне, дитя, что такое девять?»
- «Девять хоров ангельских.
Восемь вод из камня. Семь радостей и скорбей Богородицы. Шесть капель Иисуса.
Пять ран христовых. Четыре евангелиста: Иван, Лука, Марк и Матфей. Три славных
патриарха. Две скрижали славные и святые. Единый Бог».
- «Скажи мне, дитя, что такое
десять?»
- «Десять Божьих заповедей. Девять хоров ангельских. Восемь вод из
камня. Семь радостей и скорбей Богородицы. Шесть капель Иисуса. Пять ран
христовых. Четыре евангелиста: Иван, Лука, Марк и Матфей. Три славных патриарха.
Две скрижали славные и святые. Единый Бог».
- «Скажи мне, дитя, что такое
одиннадцать?
- «Одиннадцать благочестивых дев. Десять Божьих заповедей. Девять
хоров ангельских. Восемь вод из камня. Семь радостей и скорбей Богородицы. Шесть
капель Иисуса. Пять ран христовых. Четыре евангелиста: Иван, Лука, Марк и
Матфей. Три славных патриарха. Две скрижали славные и святые. Единый Бог».
-
«Скажи мне, дитя, что такое двенадцать?»
- «Двенадцать апостолов Иисуса.
Одиннадцать благочестивых дев. Десять Божьих заповедей. Девять хоров ангельских.
Восемь вод из камня. Семь радостей и скорбей Богородицы. Шесть капель Иисуса.
Пять ран христовых. Четыре евангелиста: Иван, Лука, Марк и Матфей. Три славных
патриарха. Две скрижали славные и святые. Единый Бог».
- «Скажи мне, дитя, что
такое тринадцать?»!
- «Тринадцать - это Бог наверху,
а мы внизу. Разбежалась вся нечисть от нас». И черт бросился бежать, а ангел
взял ребенка и отдал матери и отцу". - "Семантические категории языка культуры".
-
М., "ЛИБРОКОМ", 2011.]
Как-то я посылал несколько страниц
сайта на просмотр тогда еще вполне здравствующему В.Е. Еремееву. И он упрекнул меня в малом
семантическом наполнении материала. Сейчас его уже нет среди нас. И все-таки, я
последовал Вашему совету? я исправляюсь, Владимир Евстегнеевич?